alexandr_rogers (alexandr_rogers) wrote,
alexandr_rogers
alexandr_rogers

Category:

Програмная статья. Выбор идеологии

Новая левая идея

Давайте поговорим про идеологии: кто же такие консерваторы, либералы и социалисты, и почему они никак не могут помириться? Но я сегодня не буду вдаваться в сложные экономические теории, поскольку их сущность понятна далеко не всем, к тому же приверженцы различных теорий исходят из различных предпосылок, отчего всякие попытки сравнения их в единой системе координат обречены на неудачу.
Я же утверждаю, что идеология базируется не только и не столько на экономике, как на различии базовых ценностных и мировоззренческих принципов. На альтруизме или эгоизме, на активности или пассивности, на силе или слабости, на пассионарности (реформаторстве) или приспособлении (адаптации), на здоровье или на болезни.
Попробуем кратко охарактеризовать основные идеологии с такой точки зрения. Но сначала определим несколько дефиниций, от которых будем в дальнейшем отталкиваться.
Общество – совокупность людей/индивидуумов/субъектов взаимодействия. Общество необходимо индивидууму, чтобы развиваться как личность. Существа, выросшие без общения с себе подобными (например, среди диких зверей), не могут считаться полноценными личностями. Общество необходимо индивидууму для культурного/духовного развития. Даже отшельник, пред тем как удалиться в пещеру, получает некоторый философско-практический базис. Общество необходимо индивидууму для поддержания и развития высокого технологического уровня. Одиночка не в состоянии воспроизвести ни один достаточно сложный технологический процесс или овладеть всей совокупностью существующих знаний. Из этого априори следует, что общество индивидууму необходимо и выгодно. Будет же оно позитивистским или супрессорным фактором – зависит во многом от самого индивидуума, то есть индивидуум должен быть заинтересован в развитии общества (лозунг послевоенной Германии «Сегодня мы работаем на страну, завтра страна будет работать на нас»).
Государство (если упрощённо) – форма структуризации, защиты и регулирования/координации/управления/подавления общества. Структуризации естественной – например, по географическому принципу и функциональным обязанностям, и искусственной – сословной или классовой. Защита от внешней угрозы (другие сообщества-государства), природных катаклизмов и внутренней угрозы (асистемных и социальных элементов – преступников и сумасшедших). Ну и управление – это комплекс механизмов регулирования взаимоотношений субъектов между собой, выработка стратегических задач и целей, и координация усилий субъектов на их реализацию.
Государство – это система, а любая система или подчиняется ряду законов или становится нежизнеспособной и разваливается. И к любой системе можно применить принципы кибернетики – для её изучения и модернизации. Ладно, просто кибернетика и системный анализ – это мои любимые фишки, но сейчас не о них.
Так вот, существующие идеологии различаются прежде всего как раз своим взглядом на то, что в первую очередь (или исключительно) должно обеспечивать государство.
Консерваторы удовлетворены текущим состоянием дел и хотят закрепить его по возможности навсегда. То есть, у них есть какие-то преимущества или преференции по сравнению с другими, и государственная машина должна их защищать (ещё не видел человека, который жил бы в нищете и притеснении своих прав, и при этом был бы СОЗНАТЕЛЬНЫМ консерватором – сторонники возврата в СССР не в счёт). Например, по состоянию дел на сегодня, консервативными считаются сторонники рабства/империи, феодализма/монархии, тоталитаризма/номенклатуры (бюрократии), капитализма/эксплуатации (если кто-то капиталист, то он естественно стремится защитить своё преимущество).
В политическом спектре они называются правыми. Также к правым (или ультраправым) относятся нацисты и фашисты, которые хотят порабощать, эксплуатировать и грабить другие народы, мотивируя это своей избранностью, особой ролью или «сверхчеловеками» (которых никто научными методами или приборами пока не обнаружил и не доказал).
Я не буду говорить о моральных аспектах фашизма и нацизма, а скажу пару слов об их неэффективности. Нацисты в качестве идеи предлагают не объединяющий фактор, а разъединяющий. И вместо того, чтобы консолидироваться вокруг идеи развития общества, чтобы принять опережающий темп развития относительно других стран, они предлагают разделить страну на части по национальному признаку и выяснять, «кто более сверхчеловек». А так как мононациональных обществ практически не осталось – это означает начать гражданскую войну (никто добровольно в двадцать первом веке сегрегации не допустит!), которая не только будет плохо воспринята мировым сообществом (что вторично), но и на много лет отбросит её назад в развитии. Разве не тупость и бессмысленное разрушение вместо позитива и прогресса? Для чего это может быть нужно? Лишь чтобы лидеры фашистов в смутное время смогли прийти к власти. Конкурировать на равных они не хотят, при этом позитивистской программы у них обычно нет.
Фашисты же предлагают идею объединения усилий на благо страны, но при этом личность объявляется вторичной по сравнению с государством. Декларируемое равенство подразумевает не равенство прав и возможностей реализовать себя, а уравниловку. А ровняют обычно не подтягивая слабых и глупых, а прижимая сильных и умных. Это глупо – ведь согласно кибернетическим законам, применимым к обществу, чем более разнообразны в своих проявлениях граждане, тем больше приспособляемость и выживаемость общества в целом. К тому же, лидеры фашистов неизменно (почему-то) оказываются «равнее» всех остальных. Если коротко, то как Бенито Муссолини – недоделанный социалист, то и фашизм – это недоделанный социализм, подстроенный под его личные тоталитарные нужды. Как помним из истории, придя к власти, Муссолини не зал, что с ней делать – это очень характерно.
Но это теоретическое деление, а на практике они часто смешиваются, создавая химеры (нежизнеспособные помеси). Как видим, мотивация у всех правых одинакова, различается только степень и форма её проявления.
Другой большой кусок спектра представляют классические либералы. Зародилось либеральное движение в восемнадцатом веке во Франции, в эпоху абсолютистской монархии, когда тоталитарная машина государства, направленная на исполнение любой прихоти короля-солнце, перманентные войны, разнузданный феодализм и католическая охота на инакомыслящих (гугенотов во Франции и протестантов во Фландрии) тяжким гнётом придавливали всех свободолюбивых людей. Естественно, появилось учение, согласно которого необходимо было свести до минимума влияние государства (как механизма угнетения) на жизнь и свободу граждан. Церковь должна быть отделена от государства (ибо иначе она неизбежно использует его механизмы для подавления вольнодумцев), налоги снижены, сословное деление и призывы в армию отменены, а управлять страной должен не страдающий нервными расстройствами самодур, а избранное самими гражданами правительство. А государство должно обеспечивать соблюдение прописанных прав и свобод, но не более того.
Классических либералов в политическом спектре относят к левым (реформаторам). Крайнее проявление либеральных взглядов, ультралевое – это анархисты. Которые считают, что государство, как механизм, неизбежно будет использоваться для эксплуатации и подавления одних людей другими, поэтому его нужно просто упразднить. А вместо него, опираясь на сознательность граждан, заключить общественный договор «Моя свобода заканчивается там, где начинается свобода другого человека». К сожалению, пока существуют правые, пока существует реакция, анархический идеал недостижим.
Практически одновременно с либеральным движением возникло и родственное движение, которое главной причиной эксплуатации и угнетения видело не государство, а институт частной собственности. Сторонники данной теории разделились на тех, кто отрицал частную собственность вообще (коммунизм) и тех, кто отрицал частную собственность только на средства производства (социализм). По крайней мере так считается.
Хотя, на мой взгляд, корни подобных воззрений лежат гораздо глубже и раньше – попытки создать общество без частной собственности предпринимались и во времена гуситских войн, и намного раньше альбигойцами, и многими другими. А восходят своими идеологическими корнями к учению Христа (если не древнее). Другой вопрос, что иногда они принимали слишком утопическую и нежизнеспособную форму, ударяясь в крайности. Но Эдисону пришлось проделать пятьдесят тысяч экспериментов, пока у него получилась обычная электрическая лампочка, а тут новая форма общественного устройства. Причём КАЖДАЯ попытка построения коммунизма сталкивалась с жесточайшей внешней агрессией, что никак не способствовало достижению позитивного результата.
Общей чертой всех социалистических построений была мысль, что все люди от рождения должны иметь равные возможности. Общество ценнее любого отдельного его представителя. Преимущества коллектива перед одиночками особенно видны в экстренных ситуациях. Кооперация выгоднее, чем конкуренция – это доказал нобелевский лауреат в области экономики Джон Нэш. Помогать другим людям – самое выгодное занятие – это доказал выдающийся учёный Жан Селье. Альтруизм – это доминантная черта поведения – Чарльз Дарвин. Но к Дарвину мы ещё вернёмся.

Во времена, когда открыто оставаться консерватором стало позорно, общественно неприемлемо или даже опасно, часть сформировавшейся после общественных изменений, вызванных левыми, буржуазной элиты исказила либеральное учение, приспособив его для маскировки своих нужд. Концентрируя самую суть данной новации, можно сформулировать её так: «Каждый может делать ВСЁ, что захочет (в том числе и эксплуатировать и обманывать других, но в пределах Уголовного Кодекса), а государство должно только защищать частную собственность». Эта хитрая манипуляция и подмена понятий получила название неолиберализм.
Несмотря на кажущуюся схожесть названия с либерализмом, необходимо помнить, что неолиберализм относится именно к правой части спектра, к консерваторам. Именно неолиберализм в ответе за мировую реакцию, имперскую политику США, глобализацию, сверхконцентрацию капитала, появление деления на «золотой миллиард и все остальные», экологические катастрофы, современные войны, нищету африканских и латиноамериканских стран (да и наших тоже), разжигание этнических и религиозных конфликтов, рост наркомании и даже за засилье попсы (поскольку политику относительно деятельности крупнейших звукозаписывающих студий тоже формируют они). Неолиберализм, вместе с порождённым им постмодернизмом, стал главным оружием истеблишмента во всём мире.
Можно даже сказать, что существует неолиберальная церковь со своей иерархией, своими святыми, своими праздниками, своим пониманием мироустройства. Всякие попытки говорить что-то, не будучи ее иерархом, пресекаются или маргинализируются.
С теми же, кто спорит с политическим либерализмом по существу и даже в его терминах (часто всего лишь с целью разобраться, что к чему), либералы предпочитают не разговаривать. Таким людям просто не дают места в СМИ, а их вялые попытки что-то возразить и вступить в дискуссию пресекаются в зародыше. Либеральные жандармы просто обзывают их лузерами, считая, что вступать с ними в полемику совершенно ни к чему. В этом отношении либеральная журналистика выработала стандартный набор риторических приемов, которые и применяет к «еретикам»: взгляды своего противника либералы выводят из его личных неудач в карьере или бизнесе, сексуальных комплексов и извращений, скрытых желаний быть тем, что он сам же и критикует, из зависти, неудовлетворенности миром и т.п. В крайнем случае, утверждается, что противник просто дурак, и с ним не о чем разговаривать.
Одним из проявлений неолиберализма, возникших в модерное время, стал социал-дарвинизм. Это псевдонаучное «учение» доказывает, что люди неравны от рождения, и социальное происхождение и количество денег – это доминантные признаки. Если бы «дворяне» умели летать, читать мыли или метать молнии, я бы ещё мог согласиться с первой частью этого утверждения. Но анатомически дворяне точно такие же люди, как и остальные, «голубая кровь» – это неудачная метафора, и труп дворянина не свят и нетленен, а точно также разлагается и смердит, как и труп «простолюдина». А уж количество денег никоим образом не является доминантным признаком – многие пассажиры «Титаника» были очень богатыми людьми, но плавать в ледяной воде от этого лучше не стали. А одна хакерская атака, природный катаклизм или ЭМ-импульс и… нет преимущества?

То есть, как мы видим, идеологии человечества делятся на два больших лагеря (которые дробятся в деталях): правые, которые хотят иметь преимущество (в виде денег, социального статуса, преимущественных прав и законодательных преференций) и левые, которые хотят равных стартовых условий. Вопрос: так КТО БОИТСЯ КОНКУРЕНЦИИ?

***

По-настоящему свободный человек должен быть освобожден от власти производительных сил и их хозяев. Именно это должно быть идеей, объединяющей левых либералов и левых социалистов.
В планах Советского Союза в пятидесятых годах двадцатого столетия был постепенный переход на четырёхчасовой рабочий день. Это значит, что были произведены соответствующие экономические вычисления, производственные мощности позволяли это осуществить. С одной стороны, это была попытка бороться с наступающими угрозами кризисов перепроизводства, аналогичным американским времён Великой Депрессии. С другой стороны, освободившееся время люди смогли бы посвятить самообразованию, культурному, физическому и духовному развитию, общению с любимыми и близкими. Человек бы приблизился к истинной свободе, свободе от «необходимости потом и кровью добывать себе хлеб насущный».
А что правые неолибералы? Придумали НДС для борьбы с перепроизводством вместо сокращения загрузки. Ведь неработающий человек думать начнёт, образовываться – им тяжелей управлять и с ним тяжелей конкурировать. И свободы они не приобрели – им постоянно, ежечасно, круглосуточно приходится стеречь и приумножать свои «состояния». Нельзя быть свободным в стране рабов.
Советский истеблишмент тоже испугался, и вместо сокращения рабочего дня начал страдать гигантоманией. Направляя «лишние» ресурсы на постройку ненужных железных дорог, освоение чрезмерных земель, поворот северных рек и осушение морей. Вместо насыщения общества качественной одеждой, здоровой пищей, добротными домами, образованием, спортом, свободным временем etc.
Левая идеология не выступает против конкуренции. Наоборот, в связи с тем, что в современных условиях конкуренция свелась большей частью исключительно к её экономической составляющей, мы предлагаем ВЫВЕСТИ ЭКОМОМИКУ ЗА «РАМКИ ИГРЫ». Или, как наша уступка и социальный компромисс, свести её влияние к минимуму. То есть уровнять имущественные возможности граждан, выводя на первый план не финансовое благополучие, а ум, силу, здоровье, таланты и личные качества. Ибо «богатый» не равно «талантливый». Вот где естественный отбор, о котором столько говорят социал-дарвинисты, сможет развернуться на полную мощность.
Экономика – не главное в человеческих взаимоотношениях, а предприимчивость (часто сопровождаемая уголовными преступлениями) – не обязательно доминантный признак.

***

Здесь я хочу использовать и развить выдержки из статьи одного из апологетов неолиберализма, который ясно видит всю его ущербность и бесперспективность:
Власть политического неолиберализма и так называемой представительской демократии на деле оказывается просто очередной формой диктатуры «жрецов-правителей». Которые, путём сложной системы манипуляций общественным сознанием, фактически между собой устраивают закрытые игры, кто будет грабить народ в течение следующих нескольких лет (не оставляя в накладе и «проигравшую» сторону). Проигрывает на «выборах» исключительно доверчивый эксплуатируемый народ.
Запад превратился в специфическое тоталитарное общество, которое допускает, в принципе, существование любых политических или философских идей при обязательной констатации того факта, что автор этих идей сам в них не верит, в реализации их не заинтересован и занимается ими исключительно игры ума ради. Так и возник «постмодернизм»: разрешается играть любыми смыслами и знаками при условии, что ни одному из них не придается значения, большего, чем у других и, в конечном счете, вообще не придается никакого значения.
Политический неолиберализм, как и любая манипулятивная система, построенная на лжи, вступил в эпоху великих потрясений. В том виде, в каком он существует, на мой взгляд, никаких перспектив у него нет. Он просто будет постепенно дегражировать под «ударами народов» и, похоже, сдав все свои твердыни, уже вырождается в банальную, прямую, тоталитарную диктатуру «жрецов» (особенно видную на примере США, постоянно размахивающих булавой). Которые будут отстаивать свое право не видеть смысла истории, хоть бы и с оружием в руках (а уж если учесть, что каждое новое поколение неолибералов оказывается неизмеримо тупее предыдущего…). В сущности, это своего рода конфликт «целостности» и «энтропии», да простит мне читатель эти избитые псевдогумилевские термины.
Конец цитаты.

***

Но и левая идеология должна приспосабливаться к изменяющимся обстоятельствам и объективному процессу общественного развития. Нельзя искать все ответы в книгах столетней и двухсотлетней давности – это впадение в догматизм и должно быть характерно для представителей одной весьма устаревшей религии (кстати, та религия тоже неоднократно подвергалась ревизиям), но никак не для «прогрессивного человечества».
Поэтому слепо отрицать конкуренцию, как делали это некоторые апологеты левой идеи, нельзя. Наоборот, конкуренция (но не экономическая), должна стать нашим мощным оружием! Конкуренция качественная, профессиональная, спортивная etc. Возглавлять государство должен лучший управленец (не только по профессиональным, но и по человеческим качествам), управлять министерством экономики – лучший экономист, образования – учёный-педагог (психолог), получать спортивные награды – лучший спортсмен.
Тестирование, рейтинговые голосования (исключительно тайные), нормы прямой демократии, новейшие достижения науки – всё это должно быть нашим эффективным инструментом.
Мало быть просто идейными – необходимо быть конкурентоспособными: лидерами, менеджерами, организаторами. Экономистами, публицистами, учёными, военными. «Кадры решают всё» – этот тезис не устарел и по-прежнему является ключевым.
Личные амбиции не должны быть отброшены – они должны толкать к постоянному развитию и самосовершенствованию, повышению конкурентоспособности. Но каждый должен уметь признать необходимость и уступить лидерство другому, более сильному. Более сильному не физически, а по совокупности личных и профессиональных качеств, тому, кто сможет добиться большего и выполнить поставленные задачи лучше.
Тем более что лидер в моём понимании – это не диктатор и не небожитель, а координатор (возможно даже координатор проекта). Он не приказывает, а определяет приоритеты и избирает исполнителей. Разными проектами могут руководить разные координаторы, те, кто лучше всего подходят (по знаниям и личным качествам) для выполнения конкретной задачи. При этом он глава исполнительной ветви, не определяющий принимаемые Советом (Совет – название условное) решения (при определённой форме организации это просто невозможно).
Однажды уступить в конкурентном «соцсоревновании» – ещё не значит уступить навсегда. Более слабый может развиться, а успешный остановиться в развитии или даже деградировать. Поэтому процесс соревнования – перманентен. Попытки же избавиться от конкуренции или оппозиции – признак слабости и бюрократизма. Об опасности которого писал ещё Гегель, поскольку – бюрократия позволяет проникнуть в аппарат управления приспособленцам, функционерам и консерваторам, которые всё «стабилизируют». А государственная машина, наоборот, должна пребывать в состоянии перманентной модернизации.

Ещё несколько слов о лидерах и их методах работы. Из социальной психологии мы знаем, что лидеры бывают позитивными и негативными. Негативный лидер строит пирамиду из приближённых, удалённых, угнетённых, он должен внушать страх, а потому постоянно проводит репрессии. Вся деятельность группы сводится к тому, чтобы попасть в приближённые (дельты) и не попасть в отверженные (омеги). Авторитарность лидера вызывает или агрессию или апатию (уклонение от выполнения своих обязанностей, формализм etc). Эффективность такой структуры всегда невелика, а самому лидеру приходится постоянно быть настороже – чтобы никто в момент слабости не смог свергнуть его.
Позитивному лидеру это не нужно. Позитивная группа строится на принципе единства взглядов/интересов/целей, а потому принуждать никого в ней не нужно – все и так заинтересованы в достижении результата. Высокая мотивация, дух единства, благожелательности и соревнования – всё это гарантирует высокую эффективность позитивной группы. Авторитет лидера строится на его личных качествах, а положение в группе не даёт особых привилегий, поэтому возникающие конфликты разрешаются относительно легко, а атмосфера внутри группы – здоровая и благожелательная.

Мы хотим создать общество, состоящее из гармоничных, самодостаточных, самоактуализированных людей. Для этого, согласно достижений гуманитарной психологии (Абрахама Маслова, в частности), необходимо обеспечить их базовые потребности. То есть, если упрощённо, КАЖДЫЙ человек должен быть сыт, одет и иметь крышу над головой. А ещё ему нужен неограниченный доступ к знаниям и свободное время для развития и самореализации.
А не на работе с девяти до шести, ещё пара часов в транспорте, поход по магазинам и домашняя работа, а на себя и воспитание детей (что важно!) ни времени ни сил уже не остаётся. И если мы сумеем предоставить всем такие возможности, а кто-то не в состоянии будет ими адекватно воспользоваться – это уже и будет естественный отбор.
Убрать экономическую составляющую преступности, убрать постоянные стрессы конкурентной экономической среды – и мы будем иметь гораздо более здоровое и благополучное общество.
Дело ведь в основном не в количестве произведённого продукта (ВВП), а в его распределении – куда и насколько эффективно. Если сейчас он в основном утекает из страны, то его ведь можно перенаправить и в более подходящее русло. После перехода на шестой технологический уровень количественные показатели станут ещё менее первостепенны. А кризисы перепроизводства должны решаться грамотным планированием (ведь элементы плановой экономики присутствуют даже в рыночных отношениях).
Счастья всем, и пусть никто не уйдёт обиженным!

P.S. Because things, what proceed, has foreseen.
Tags: идеология
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 34 comments